– А почему мой мир в резервации? Обидно как-то.
– Я в это не вникал, но я слышал, что в вашем мире хорошие условия для рождения демиургов. А демиург на свободе способен таких бед натворить, что потом ни один бог не разберет. Ваш мир сдерживает желания от реализации. Вы ведь видите сны, которых не бывает?
– А разве можно видеть сны, которые бывают?
– Я, например, вижу во сне только то, что происходило в действительности, или в крайнем случае будет происходить. Я сам не создаю сны. Хотя, я не знаю очень многого.
– Ничего-то ты не знаешь, кошарик.
– Если честно, – кот немного виновато посмотрел на меня, – Это мое первое задание. Я только закончил академию и поступил в аспирантуру. Да и специализировался я на психологии. Я должен был убедить тебя отказаться от предложения этого принца и все. Кто ж знал, что все окажется гораздо сложнее.
– Вот черт, я думала, мне профессионального телохранителя прислали, а не студента-психолога.
– Я аспирант, – гордо заявил кот и тут же сладко зевнул, как только коты умеют, – И, вообще, хочу спать.
Кошарик свернулся калачиком и тут же захрапел. Не знала, что коты умеют храпеть, да еще и так громко. Я, впрочем, последовала его примеру. Сегодня я устала настолько, что даже на сновидения сил не осталось.
***
Проснулась я от того, что с меня ручьями стекал пот. Шелковая пижама превратилась в мокрую вонючую тряпку. Боже, сейчас бы я продала душу за возможность принять ванну. Солнце, по всей видимости, действительно решило зажарить нас заживо.
Я выглянула на улицу, хотя и понимала, там будет еще жарче. Солнце поднималось к зениту. На улице было много людей, они складывали свои палатки и паковали в большие сумки. Верблюдов или аналогичных животных я так и не увидела, хотя считала, что караван – это ни что иное, как сборище верблюдов. Однако, все оказалось совсем не так.
Караван был скорее похож на поезд. Несколько длинных прямоугольных сооружений были полностью закрыты брезентом, по крайней мере, этот материал очень напоминал брезент. «Вагоны» были соединены между собой веревками. Никакими колесами они не обладали, за то были оборудованы веслами на подобии галеры. Вот уж точно, «корабль пустыни».
– Скоро станет невыносимо жарко. Это лето пришло – произнес подошедший к нам Эльхан, а потом очень кстати спросил, – Ты, наверное, голодна?
– От завтрака не откажусь, – ответила я.
– Я принесу тебе еды.
Свое слово Эльхан сдержал и подал мне миску с какими-то странными сухофруктами. Конечно, я ожидала нечто более питательное, но кто знает, может местные жители только этим и довольствуются. Вряд ли в пустыне охота настолько плодотворна, что позволяет угощать чужеземцев мясом. Хотя, и сухофрукты непонятно откуда здесь взялись. Интересно, о такой пище, что дает пустыня, говорил мудрец?
Для меня все еще было довольно смешным, что кот тоже отведал эти странные сухофрукты. Тем не менее, кошак с удовольствием трескал местную курагу.
Когда Солнце устремилось к закату, мы погрузились в транспорт. Эльхан откинул один лист брезента прямо посередине вагона, и мы с котом забрались внутрь корзины, сплетенной из веток. Такие же ветки служили каркасом, на который был накинут брезент, а боковые проходы вагона были завешаны полосатыми покрывалами. Нас разместились в маленькой каюте, где умещался только один спальный мешок из овечьих шкур и подстилка для кота. Как ни странно, брезент не плохо защищал от обжигающих лучей небесного светила.
Непостижимым образом караван пришел в движение, причем набирал неплохую скорость. Через небольшую щель были видны проносящиеся мимо барханы.
Когда стемнело, вновь стало холодно, и я закуталась в шкуры.
– Может просветишь меня, куда мы все-таки направляемся? – спросил от чего-то снова недовольный кот.
– Понятия не имею, – я пожала плечами и отвернулась к «окну».
– А ты всегда сначала делаешь, а потом думаешь? Или ты совсем не думаешь? – не унимался мохнатый зануда.
– Если тебе не нравится, как я думаю, можешь попытаться делать это самостоятельно, хотя бы иногда. – я поудобнее закуталась в меха и снова отвернулась, но потом решила, что этого недостаточно, а потому выдернула из-под кота подстилку, чтобы завернуть в нее ноги. Кошак обиженно посмотрел на меня и нарочито повернулся задом. Было слышно его недовольное сопение, в воздухе повисло напряженное молчание.
Первым не выдержал мохнатый, повернулся ко мне и решил завязать разговор на другую тему:
– А ты раньше была в пустыне?
– Нет, конечно, – я не столь отходчива как кот, потому отвечала несколько резко.
– Но в твоем мире ведь тоже есть пустыни, кот потихоньку стягивал с меня свою подстилку.
– В моем мире много чего есть, только это не значит, что я все это видела, – я прижала его коврик ногой, чтоб кошак обломался.
– А ты у себя, там, чем вообще занималась? – нет, умеет же это животное сначала вывести меня из себя, а потом еще светскими беседами донимать.
– В институте училась.
– Чему училась-то?
– Программировать.
– Что программировать?
– Компьютеры. Знаешь такое слово?
– Знаю, представь себе. Ты совершенно напрасно считаешь меня идиотом.
– Ну, извини, мне раньше не приходилось общаться с говорящими животными, – он наконец выдернул свою подстилку и принялся устраивать себе постель.
– Я не животное, я видоизмененный человек, – обиженно пробормотал котик.
– Ладно, Кей, ты не животное.
– Наконец-то, ты назвала меня по имени, – мохнатый заулыбался, тоже мне чеширский кот, – Расскажи мне еще о себе.
– Чего рассказывать-то? – удивилась я
– Ну, как ты жила, что делала?
– Да ничего особенного. Я была самой обычной студенткой политеха. Да встречи с тобой моя жизнь была самая, что ни есть, обыкновенная, – мне вдруг стало грустно, а ведь действительно, было бы, о чем тосковать, мне-то и вспомнить особенно нечего, – Закончила бы институт, устроилась на работу, ну, замуж, наверное, вышла… – продолжила я, но вдруг замолчала, не зная, что еще рассказать о себе существу из другого мира. Как с подружками в кино ходила? Или как выбирала новый купальник? Или как летнюю сессию едва не провалила? По сравнению с событиями последних трех дней, моя предыдущая жизнь представлялась сплошной серостью.
– А было за кого? – кошак посмотрел на меня исподлобья каким-то хитрым взглядом, совсем человеческим.
– А тебе-то что?
– Ну, интересно, – он склонил голову на бок и, кажется, слегка улыбнулся. Нет, без сомнений, он смотрел на меня как… как на кошку.
– Ничего интересного, – я смутилась и даже немного покраснела, как мне показалось, но потом подумала, что смущаться кота очень глупо, а потому решила не церемониться и спросила прямо, – Нет, ты чего, запал на меня?
– Ничего я не западал никуда, – теперь уже кот отвел глаза смутившись.
– Ладно, да не было у меня никого такого, чтоб прям замуж. А у тебя?
– Я – замуж? Нет, я бы замуж не пошел.
– Глупое ты животное. Кошка у тебя там была? Ну, девушка, то есть?
– А тебе-то что? Запала на меня? – издевательски спросил кот.
– Ну, если честно, животных я люблю, но зоофилией не страдаю, – отшутилась я.
– Я с девушкой расстался. Ты не подумай, ни для кого это не было жизненной драмой. Просто мы были слишком разными. Каждый своим делом занимался, своими интересам. Сидели по разным углам.
– И шипели друг на друга! – вдруг добавила я.
– Нора, ну я ж котом тогда не был, – мохнатый посмотрел на меня очень жалобным взглядом так, мне даже стыдно стало.
– Извини, все время забываю.
– Да я уже привык. Знаешь, а я ведь, скорее всего, навсегда котом останусь. Определят меня в приют как профнепригодного. Если, конечно, вообще домой доберусь.
– А я думала, что тебя потом опять человеком сделают, – мне стало совсем совестно, что я все время подшучивала над его обликом.
– Есть шанс, но маленький, да и опасно это. Это случайный процесс. Меня снова могут разобрать на атомы, а потом заставят соединиться. Только во что я превращусь потом, кто знает. Гарантий никаких, – котик совсем приуныл, – Я же говорил, мне еще повезло, что мозги у меня не кошачьи. Говорят, можно в таком случае обратиться к мирам Хаоса, где время не линейно. Но это только слухи. Не слышал, чтоб у кого-нибудь получилось. Вообще, переход – это всегда риск.
– А когда мы сюда попали, мы тоже могли трансформироваться?
– Нет. Есть особые, естественные пути между мирами. Это точка не только в пространстве, но во времени. Смоделировать такое практически невозможно. Только колханцы как-то умеют это свойство использовать. Но у них со временем особые отношения. А еще такие вещи могут запросто разрушить целый мир.
– А как устроены эти естественные переходы?
